— Что это? — спросил он тетю Петунью.

Тетя поджала губы — она всегда так делала, когда Гарри осмеливался задать ей

вопрос.

— Твоя новая школьная форма.

Гарри снова заглянул в бак

— Ну да, конечно, — произнес он. — Я просто не догадался, что ее обязательно нужно

намочить.

— Не строй из себя дурака, — отрезала тетя Петунья. — Я специально крашу старую

форму Дадли в серый цвет. Когда я закончу, она будет выглядеть как новенькая.

Гарри никак не мог в это поверить, но решил, что лучше не спорить. Он сел за стол,

стараясь не думать о том, как будет выглядеть в свой первый день в «Хай Камеронсе» —

наверное, так, словно вырядился в обрывки полусгнившей шкуры мамонта.

В кухню вошли Дадли и дядя Вернон, и оба сразу сморщили носы — запах новой

школьной формы Гарри им явно не понравился. Дядя Вернон, как обычно, погрузился в

чтение газеты, а Дадли принялся стучать по столу форменной узловатой палкой, которую

он теперь повсюду таскал с собой.

Из коридора донеслись знакомые звуки — почтальон просунул почту в специально

сделанную в двери щель, и она упала на лежавший в коридоре коврик.

— Принеси почту, Дадли, — буркнул дядя Вернон из-за газеты.

— Пошли за ней Гарри.

— Гарри, принеси почту.

— Пошлите за ней Дадли, — ответил Гарри.

— Ткни его своей палкой, Дадли, — посоветовал дядя Вернон.

Гарри увернулся от палки и пошел в коридор. На коврике лежали открытка от сестры

дяди Вернона по имени Мардж, отдыхавшей на острове Уайт, коричневый конверт, в

котором, судя по всему, лежал счет, и письмо для Гарри.

Гарри поднял его и начал внимательно рассматривать, чувствуя, как у него внутри все

напряглось и задрожало, как натянутая тетива лука. Никто ни разу никогда в жизни не

писал ему писем. Да и кто мог ему написать? У него не было друзей, у него не было других

родственников, он даже не был записан в библиотеку, из которой ему могло бы прийти по

почте грубое послание с требованием немедленно вернуть книги. Однако сейчас он держал

в руках письмо, и на нем стояло не только его имя, но и адрес. Так что сомнений, что

письмо адресовано именно ему, не было.

«Мистеру Г. Поттеру, графство Суррей, город Литтл Уингинг, улица Тисовая, дом

четыре, чулан под лестницей» — вот что было написано на конверте.

Конверт, тяжелый и толстый, был сделан из желтоватого пергамента, а адрес был

написан изумрудно-зелеными чернилами. Марка на конверте отсутствовала.

Дрожащей рукой Гарри перевернул конверт и увидел, что он запечатан пурпурной

восковой печатью, украшенной гербом, на гербе были изображены лев, орел, барсук и змея,

а в середине — большая буква «X».

— Давай поживее, мальчишка! — крикнул из кухни дядя Вернон. — Что ты там

копаешься? Проверяешь, нет ли в письмах взрывчатки?

Дядя Вернон расхохотался собственной шутке.

Гарри вернулся в кухню, все еще разглядывая письмо. Он протянул дяде Вернону счет

и открытку, сел на свое место и начал медленно вскрывать желтый конверт.

Дядя Вернон одним движением разорвал свой конверт, вытащил из него счет,

недовольно засопел и начал изучать открытку.

— Мардж заболела, — проинформировал он тетю Петунью. — Съела какое- то

экзотическое местное блюдо и…

— Пап! — внезапно крикнул Дадли. — Пап, Гарри тоже что-то получил!